Принцесса была прекрасная,
Погода была ужасная.
Днем, во втором часу,
Заблудилась принцесса в лесу.
Смотрит – полянка прекрасная,
На полянке землянка ужасная.

А в землянке – людоед:
- Заходи-ка на обед.
Он хватает нож, дело ясное,
Вдруг увидел, какая... прекрасная!
Людоеду сразу стало худо.
- Уходи, - говорит, - отсюда.
Аппетит - говорит, - ужасный.
Слишком вид - говорит, - прекрасный!

(«Принцесса и людоед», Г. Сапгир)

Короче, классика жанра. Сёдзё-жанра. Как прекрасна гранатовая Дзакуро, как ужасна погода (вернее, социальный климат воображаемого Мэйдзи: и отчего японцы такие ксенофобы и так не доверяют иностранцам и/или ёкаям?), как она заблудилась – и именно днем, в детских воспоминаниях и юношеской самоидентификации... Ну, про полянку и людоеда спойлерить не буду, упомяну только, что в том сёдзё, которое уже не кодомо, людоеды покушаются не есть, а жениться (что, безусловно, добавляет мизансцене в землянке пикантности). Словом, всё, как всегда – и всё, как нам нравится.

А помните, как там дальше у Сапгира? Эту же историю можно рассказать с поправкой на ваше отношение к главной героине. В первом случае Дзакуро кажется вам славной энергичной девушкой, и ее капризные вскрики и тирания по отношению к нежнейшему Агэмаки представляются вам а) оправданными; б) милыми. ОК, дастся вам по вере вашей. Но если вы не переносите даже намека на цундерность, Дзакуро вас раздражает, а нравятся вам драматичные «плохие парни» и авантажный злодей Омодака, то – пусть будет так:

Принцесса была ужасная,
Погода была прекрасная.
Днем, во втором часу,
Заблудилась принцесса в лесу.
Смотрит – полянка ужасная,
На полянке землянка прекрасная.

А в землянке Людоед:
- Заходи-ка на обед.
Он хватает нож, дело ясное...

Тут происходит сюжетная кульминация, по сёдзё-канонам исполненная мистики, воспоминаний о покойных родственниках, душераздирающих признаний и невозможных диалогов в лучших традициях индийского кино. И все, опять-таки, остаются довольны. Это особое свойство манги для девочек-подростков: она удовлетворяет. Причем всех. Иногда даже насильно (если вы не попадаете в целевую аудиторию). А так... ну, в чем вообще можно упрекнуть подобные вещи, в излишней чувствительности? Но в сёдзё-сериале просто обязан быть драматизм! Его должно быть много, возможно, даже чересчур много (хотя – что такое «чересчур» для старшеклассниц?!), поэтому отнеситесь снисходительно к пространным разговорам в разгар битвы и к тому, как терпеливо оппонент дожидается конца каждой реплики. Злодей терпит?.. потерпите и вы! Каждой героине (кроме совсем отрицательных) должен достаться герой в ее вкусе, а каждой зрительнице/читательнице – звон колокольчиков и перестук гета, фонарики/лепестки/светлячки фоном, а главное – лучезарный, безобломный финал с поцелуем. Финал, в котором обе трактовки образов «Дзакуро» разрешаются одинаково гармонично:

И пошла потихоньку принцесса,
Прямо к ЗАГСу [замку] вышла из леса.
Вот какая легенда ужасная [вариант: прекрасная]!
Вот какая принцесса прекрасная [вариант: ужасная]!