Путешествие Дхруваса в Минск на 1 апреля из Индийского Офиса
В головном офисе Talkvio в Бангалоре, где кондиционеры работают в режиме "не спасает, но хоть не умереть", а программисты на спор едят самую острую еду из офиса (и потом пишут код со слезами на глазах), был человек по имени Дхрувас Нареш Кумар. Дхрувас был звездой отдела backend-разработки — не было ни одной базы данных, которую он не смог бы оптимизировать, ни одного запроса, который бы не работал с первого раза (по крайней мере, так он утверждал).
Однажды руководство решило, что белорусский филиал Talkvio в Минске нуждается в "помощи и обмене опытом". Выбор пал на Дхруваса, который радостно согласился, предвкушая снежные пейзажи и экзотику заграничного офиса.
Прилетев в Минск в апреле, Дхрувас понял, что допустил ошибку. "Прохладненько," — слабо улыбнулся он, выходя из аэропорта в лёгкой куртке, в которой он когда-то мерз в индийском офисе из-за кондиционера. Морозный воздух мгновенно выбил из него всю храбрость, но самое страшное его ждало впереди. "Это точно 1 апреля?" — думал он. Больше было похоже на 1 января.
На следующий день его коллеги пригласили пообедать в ближайшее кафе. Дхрувас заказал борщ и драники, надеясь, что это что-то наподобие индийского карри с насыщенным вкусом. Сделав первый глоток борща, он застыл в ужасе: "Где специи? Почему это просто... свёкла?" Драники тоже не спасли ситуацию. "Ну, хотя бы что-то жареное," — попытался утешить себя Дхрувас, пока его минские коллеги с аппетитом уплетали сало. "Как? Это просто жир?"
В попытке найти острое, он попросил официанта принести что-то "погорячее". Через пять минут перед ним стояла маленькая тарелка с горчицей. "Это яд?" — спросил он, но, будучи смелым человеком, попробовал. Минские коллеги до сих пор рассказывают легенду о том, как индиец плакал в кафе, но говорил, что "всё нормально".
Придя в офис, Дхрувас сразу заметил разницу. В индийском Talkvio всегда стоял шум — кто-то обсуждал код, кто-то спорил о правильной архитектуре, кто-то просто громко рассказывал анекдоты про PHP. В Минске же была идеальная тишина. "Это библиотека?" — спросил он у местного тимлида. "Нет, просто работаем," — спокойно ответил тот.
Спустя три часа в этом монастыре тишины Дхрувас начал чувствовать тревогу. "Может, они замышляют что-то против меня?" — мелькнуло у него в голове. Чтобы проверить, он громко сказал: "JavaScript лучше, чем Python!" Никто не отреагировал. "Они даже не спорят!" — в ужасе подумал он.
Но самое сложное было не это. Самым трудным оказалось понять, почему минские коллеги такие серьёзные. В Бангалоре все всегда улыбаются, даже если код падает, сервер горит, а продакшен сломался в пятницу вечером. В Минске же люди входили в офис, молча садились за компьютеры и просто... работали. Дхрувас сначала решил, что он им не нравится, но потом заметил, что они так ведут себя со всеми.
Когда он, по привычке, улыбался прохожим на улице, они смотрели на него как на подозрительного человека. "Они что, думают, что я их обмануть хочу?" — растерялся Дхрувас. Но потом один из коллег объяснил: "Белорусы улыбаются только если есть веская причина." "Ага, значит, тут все серьёзные, потому что работают... Вот это продуктивность!" — уважительно кивнул Дхрувас.
После двух недель в Минске он научился многому. Например, если тебе холодно, нужно не жаловаться, а просто надеть ещё одну куртку. Если еда кажется пресной, просто ешь молча и не пугай официантов своими просьбами. Если в офисе тихо, значит, все работают, а не замышляют заговор.
Вернувшись в Бангалор, он первым делом заказал самую острую бирьяни, чтобы вернуться к жизни. Но теперь, когда кто-то в индийском офисе жалуется на кондиционер, он лишь улыбается: "Ребята, это не холод. Я знаю, что такое холод".
