Фэнтези наяву: крылатые рыбаки Китая
Представьте себе сцену из альтернативной реальности или фэнтези-романа: раннее утро, густой туман стелется над темной водой азиатской реки. На носу деревянной джонки стоит человек в соломенной шляпе. В руках у него не удочка и не сеть, а несколько длинных бамбуковых шестов. К основанию каждого шеста тонкой кожаной петлей привязана живая птица с угольно-черным оперением и пронзительными зелеными глазами. Это большой баклан. По команде хозяина десятки птиц бесшумно соскальзывают в воду. Через несколько минут они одна за другой выныривают, тяжело отфыркиваясь, подплывают к лодке, запрокидывают голову, и рыбак собственноручно извлекает добычу прямо из их глоток.
Этот метод добычи пропитания известен как охота с бакланами (или бакланий промысел). Главным инструментом этого промысла выступает большой баклан (Phalacrocorax carbo) — крупная водоплавающая птица из отряда пеликанообразных. Эволюция идеально приспособила его для подводного преследования. Его перья лишены водоотталкивающего жирового слоя, который есть у уток. Намокая, они становятся тяжелыми, позволяя птице легко нырять и избавляя от излишней плавучести под водой. Мощные лапы с перепонками работают как весла, а длинный S-образный позвоночник придает телу невероятную гибкость, превращая баклана в
стремительный живой торпедоносец. Зрение этих птиц адаптировано для четкого
видения объектов в искажающей водной среде.
Главный секрет успешной охоты кроется не в тренировках, а в уникальной анатомии птицы и простом кожаном аксессуаре. У бакланов чрезвычайно растяжимый горловой мешок (зоб), куда помещается добыча. Кроме того, их пищевод способен расширяться до поистине гигантских размеров, пропуская целые рыбины. Птица физиологически способна проглотить трофей весом до полутора килограммов.
Чтобы превратить прожорливого хищника в надежного партнера, рыбаки используют специальное кожаное кольцо. Оно надевается на нижнюю часть шеи птицы достаточно плотно, чтобы не дать ей проглотить крупную рыбу, но при этом оставляет достаточный зазор для прохождения воды и мелкой добычи, необходимой для поддержания сил самого охотника. Кольцо работает как своеобразный биологический клапан. Баклан азартно преследует и ловит рыбу инстинктивно, получая от процесса удовольствие, но физически не может ее присвоить. При этом мелкую рыбешку птица все же умудряется протолкнуть сквозь узкое кольцо и съесть в качестве заслуженного бонуса.
За один выход опытный баклан может поймать от трех до десяти крупных карпов или сомов. Вернувшись к лодке, он ждет, пока хозяин аккуратно зафиксирует его голову одной рукой, а другой запустит пальцы глубоко в эластичный зоб и извлечет трепещущую рыбу. После этого горло птицы снова готово к работе.
Для стороннего наблюдателя этот метод может показаться жестоким. Однако полевые исследования этологов показывают парадоксальную картину. Бакланы, работающие с рыбаками, живут значительно дольше своих диких сородичей. Человек обеспечивает им защиту от естественных врагов, качественное питание в межсезонье и ветеринарный уход. Смертность среди «рабочих» птиц гораздо ниже, чем в дикой природе, где молодняк массово гибнет от голода и хищников.
Сегодня традиционная коммерческая ловля рыбы с помощью бакланов стремительно исчезает. Она проигрывает конкуренцию современным рыболовецким траулерам, использующим сети километровой длины. Трудоемкий процесс обучения птиц больше не окупается финансово.
Однако древний промысел переживает ренессанс в совершенно ином статусе — культурного наследия. Сегодня это скорее театр на воде для туристов, бережно сохраняемый нематериальный фольклор. В китайском Гуйлине или японской префектуре Гифу эта практика поддерживается на государственном уровне как объект Всемирного наследия ЮНЕСКО. Рыбаки-актеры выходят на реку по вечерам, зажигая старинные керосиновые лампы на бортах лодок для создания атмосферы, а пойманная во время шоу мелкая форель тут же жарится на ужин зрителям.
