Обычно я не позволяю коснуться листам книги даже грифелю карандаша, однако в этот раз, читая "Портрет Дориана Грея" Оскара Уальда, я не удержалась, пометив несколько цитат, пришедших по вкусу. Может быть, вам они тоже понравятся или дадут пищи для размышлений.

"Тебе все нравятся, а это значит, что ты ко всем равнодушен".

"В наше время разбитое сердце выдерживает множество переизданий".

"...и что грех, однажды совершенный нами с отвращением, мы потом повторим многократно, но с удовольствием".

"В оковах своей страсти она ощущала свободу".

"Человек хорош, когда он пребывает в гармонии с самим собой".

"Мы вправе судить о человеке по тому влиянию, которое он оказывает на своих друзей".

"Омерзение и ужас порождались чем-то изнутри. Портрет зажил собственной жизнью, отчего порок, словно проказа, стал постепенно разъедать его черты. Гниющий труп в сырой могиле был менее страшен".

"Совершая преступление, любой человек обязательно допускает какой-нибудь глупейший промах".

"Наверное, мы никогда не ведём себя с большей естественностью, чем когда играем какую-то роль".

"Автора, способного назвать лопату лопатой, следует заставить ею работать. Больше он ни на что не годится".

"— А что ты скажешь об искусстве? — спросила она.
— Это болезнь.
— Любовь?
— Иллюзия.
— Религия?
— Модная замена верованиям.
— Да ты скептик!
— Ни в коем случае! Со скептицизма начинается вера.
— Тогда кто же ты?
— Определить — значит ограничить.
— Дай подсказку.
— Все нити рвутся. Ты заблудишься в лабиринте".

"— <...> Мне очень нравится герцогиня, но я её не люблю.
— Зато графиня тебя очень любит, хотя нравишься ты ей значительно меньше. Стало быть, вы отличная пара".

"Я так рад, что ты никогда ничего не создавал — ни разу не изваял статую, не написал картину, не сотворил ничего вне себя самого! Твоим искусством была жизнь".

"Искусство не может влиять на наши поступки. Оно убивает само желание действовать. Оно не способно ничего породить. Книги, которые считаются бессмертными, — это те, что показывают миру его позорные грехи".