Что плохого в том, чтобы пропеть красное лето?

Но дошло. Вот. Мы привыкли с детства к морали Крылова: работящий муравей пашет как проклятый, а легкомысленная стрекоза только поет и в итоге остается с носом. Скучно, назидательно и очень по-взрослому.

​А вот в традиционной японской культуре эта же самая история звучит совсем иначе. Там стрекоза и муравей — это притча о скоротечности жизни и недооцененном артисте.

Муравей весь сезон запасает крошки, а стрекоза проживает короткое, яркое лето на полную катушку: ловит ветер прозрачными крыльями, любуется закатами и создает красоту из воздуха. ​И когда приходит зима, японская версия не злорадствует над «беспечной» стрекозой. Она задает резонный вопрос: а кто из них в итоге по-настоящему жил?