<<Ты слишком хорошая>>, — мне говорили в спину,
Словно это диагноз или мой личный грех.
И я верила им, но не переставала быть такой же милой,
Пока не осталась — одна в тёмной ночью где пустота и холод.
Меня «слишком много» было для тех, кто всегда изображали из себя жертву,
Для тех, кто умеет лишь брать, ничего не ценя.
И в этом театре фальшивых, пустых поделок
Моя доброта стала клеткой, сгубив меня.